На прошедший в Сочи кинофестиваль «Кинотавр» Юрий Стоянов приехал с женой Еленой. HELLO! встретился с актером, чтобы узнать, как изменилась его жизнь после ухода коллеги и друга Ильи Олейникова и закрытия их совместной программы «Городок». Оказалось, что Юрию все чаще стали предлагать работу в качестве ведущего. Так появился «Живой звук» на канале «Россия», программа «Большая семья» на «Культуре». Вдобавок он переключился на кино. В сериале «Бабье лето» Стоянову досталась роль опустившегося барда. О других проектах и главном таланте своей 12-летней дочери Кате Юрий рассказал нам в интервью.

Юрий Стоянов с женой Еленой

— Юрий Николаевич, расскажите, с чем вы приехали на кинофестиваль в Сочи?

— На «Кинотавре» я в третий раз. В 2010 году был участником с фильмом Дмитрия Месхиева «Человек у окна». Через год «дослужился» до члена жюри. А сейчас решился сделать то, чего прежде никогда не делал, — приехал сюда просто как гость. Хочу окунуться в мейнстрим, так сказать. Я не очень светский человек, не публичный. Но на этот раз по красной дорожке прошел с удовольствием. Вот уже несколько лет я существую без моего партнера Ильи Олейникова и, когда слышу, как люди вспоминают Илюшу, понимаю, что мы с ним вдвоем заработали это и заслужили. Раздавая автографы в Сочи, я делал это за двоих.

— Ваша жизнь сильно изменилась с тех пор, как его не стало?

— Конечно, она изменилась очень серьезно. Во-первых, ушло в прошлое то дело, которым мы занимались, ушел «Городок». Расскажу одну совершенно бытовую историю. Я собирался покупать машину, выбрал комплектацию, заплатил аванс и стал ждать, когда модель поступит. И в это время случилась беда — умер Илюша. Едва я немного пришел в себя, первым желанием, естественно, было отказаться от затеи с автомобилем. И вдруг моя жена Лена сказала: «Ни в коем случае нельзя этого делать!» Я удивился, потому что совсем не ожидал от нее такой реакции.

Стал объяснять, что очень безответственно влезать в такие траты сейчас, когда я на распутье, «Городка» больше нет и ничего другого тоже нет. Но Лена возразила: «Если ты не купишь эту машину, значит, опустил руки. Ты себе дашь понять, что не уверен в будущем и не знаешь, что делать. Надо жить так, будто ничего не изменилось, строить планы, зарабатывать деньги. Эта покупка станет для тебя стимулом двигаться дальше». Я купил машину и продолжаю работать. Правда, уже один.

— Продолжаете работать над чем?

— Когда закончился «Городок», я решил не просто переформатировать его, а придумать новый проект на его фундаменте. Было совершенно очевидно, что без Ильи «Городок» невозможен: его место не может занять никто, даже очень большой артист. И я запустил «100янов-шоу» на канале «Россия». В цифре 100 был заложен некий смысл — я по-прежнему должен был играть очень много разных персонажей. А потом началось все то, что началось.

— Вы имеете в виду кризис?

— Да. Один за другим замораживались проекты. Я успел только написать сценарий, мы даже не приступили к съемкам. Но канал поддержал меня: мне стали предлагать работу ведущего. Вдобавок я переключился на кино. Хотя сейчас такое время, когда про кино можно только рассказывать. Ты произносишь название фильма, а потом долго объясняешь, почему зрители не могут его увидеть. Сначала я снялся в главной роли у ирландского режиссера О’Райлли «Москва никогда не спит». Потом была работа у Эльдара Шенгелаи в картине по сценарию Рустама Ибрагимбекова «Кавказское трио» — тоже главная роль.

Я играю армянина без грима. Меня сначала это несколько коробило, зато абсолютно не смущало ни сценариста, ни режиссера. Грузины шутили: «Юрий Николаевич, не хотите повесить на грудь табличку «Я армянин»?»

Юрий Стоянов в сериале «Бабье лето»

— Почему возникла такая идея? Ведь вас можно загримировать как угодно!

— А они не фактуру искали. Им неинтересно было — черные у него волосы или седые. Шенгелая сказал, что армяне, грузины, русские и англичане седеют одинаково. Поэтому вопрос с париком отпал, от акцента мы тоже отказались, ведь мой герой — человек, много лет живущий в Москве. История очень грустная, я бы даже сказал, страшная — о дружбе армянина, грузина и азербайджанца и о том, как политика ломает судьбы людей. Третья моя работа — сериал Дмитрия Светозарова «Бабье лето», выхода которого я очень жду.

А в сентябре начинается новый театральный проект. Была большая пауза после «Женитьбы» в МХТ имени Чехова. Теперь мне предстоит сыграть мою любимую роль Гаева в «Вишневом саде» в хорошем московском театре у суперизвестного режиссера. Но у какого — не скажу. Это пока секрет.

— Вы приехали на «Кинотавр» с женой Еленой, почему не взяли на море дочку?

— Нет-нет! Надо сильно не любить своего ребенка, чтобы притащить его на кинофестиваль. (Смеется.) Чему хорошему можно тут научиться? Шутка. Катя осталась в Москве. У нее полно своих интересов — 12 лет уже все-таки. Причем ее бросает иногда в такие области, что нам с женой остается только удивляться. Неожиданно выяснилось, что, насмотревшись всяких кулинарных шоу, дочь, возможно, вскоре примет участие в одном из них. Она у нас потрясающе готовит, очень вкусно.

— В 12 лет?

— А что вас удивляет? У актера Сережи Газарова восьмилетний сын такие вещи творит — закачаешься! Последний раз он нам испек яблочный пирог — ничего вкуснее давно не ел. Так что Катя — далеко не исключение. Еще она рисует очень хорошо. А вот читать книжки ее, к сожалению, приходится заставлять. И ограничивать ее присутствие в Интернете. Это сейчас всеобщая родительская головная боль. Но мы справимся, я уверен.

Юрий Стоянов с женой Еленой на «Кинотавре»

Текст: Екатерина Прянник

Текст:
HELLO!

Фото: Любовь Шеметова, архивы пресс-служб

Источник